— Лояльность? Это не ко мне, сэр. Я достаточно уже проработал в Центре и успел просечь, что замены мне для этой работы не найти. Я бы и сам ушел отсюда. Меня зовет к себе миссис Смотер работать у нее боем при дверях. Но я остаюсь здесь, на этой каторге.

— Мы сделаем из тебя настоящего дипломата, Джордж. Вижу, что не зря я тебе всегда доверял.

— Оно конечно, это приятно слышать, только что мне от комплиментов? Их ведь на хлеб не намажешь и с маслом не съешь, правильно? Вот если бы вы мне дали в каком-нибудь старом рваном конвертике эдак…

— На мой взгляд, предоставленная нам всем возможность ведения прямых переговоров, старых добрых переговоров, — заговорил Кранкхэндл, тут же забыв о Джордже и вновь занимая свое место во главе стола, — греет нам всем душу и сердце. — Он оглядел всех присутствующих в зале. — Я верю всем вам, младшие чины, что вы будете внимательно наблюдать за всем, что тут будет происходить.

— Хватит попусту брехать-то! — скомандовал Хонк, выбрав себе понравившийся стул и выгнав того, кто на нем сидел. — Я здесь вовсе не для того, чтобы читать лекции или вести практические занятия перед неопытными земными дипломатами. То, что я на самом деле хочу, так это узнать, — с этими словами он треснул по столу кулаком, от чего подлетели в воздух все пепельницы, — что вы собираетесь предпринять в связи с возмутительным нарушением закона на Фезероне?

— О, право же, какое совпадение! — радостно воскликнул Кранкхэндл. — А мы как раз об этом и говорим, не правда ли, друзья мои? — Начальник обвел взглядом всех своих подчиненных, требуя от них таким образом кивка головы.

— Именно, сэр!

— Клянусь, это так, сэр!

— Разумеется, но… — это заговорил Харлой. — Я хочу сказать, — он икнул, но продолжил, — то что мы решили… то есть то, что вы решили, господин министр, это… ничего не делать, так ведь?